[ГЛАВНАЯ] [ЭКСПЕРТИЗА ] [ФОРУМ]

Зайцева Ю.В.

О групповых признаках в автороведческом исследовании (заметки для своих)

 Постановка проблемы

Любому эксперту-автороведу приходится ежедневно решать вопрос о значимости, мощности, достаточности для принятия решения наблюдаемых в объекте признаков. Вопрос этот, и без того скользкий в силу слабой методической проработанности, часто осложняется неуверенностью даже в том, насколько обнаруженный признак отражает индивидуальный авторский стиль. Порой наблюдаемые в тексте сильные и яркие  признаки в действительности оказываются не частными, а групповыми.

Под групповыми признаками имеются в виду не общие признаки, характерные для некоторой неопределенной части носителей языка, а признаки конкретной и определяемой группы, к которой принадлежит (или имитирует принадлежность) автор текста. Сама по себе задача исследования групповых признаков не содержит в себе ничего принципиально нового, она в целом неплохо описана в литературе, но именно эти признаки, по нашим наблюдениям, чаще всего становятся причиной ошибок в исследованиях. Проблема здесь, скорее всего, не в слабой теоретической подготовке экпертов, а в недостатке технических средств и чисто практических приемов исследования. О них дальше и пойдет речь.

В самом  распространенном случае групповыми признаками оказываются лексические проявления субкультур, представителями которых могут быть авторы спорного текста. Хотя в контексте автороведческого исследования это могут быть языковые проявления любой сколько угодно большой или малой группы - от наркоманского сленга и мемов MDK до терминологии  узких научных школ и продуктов межъязыковой интерференции с северным кхмерским. Заметить эти признаки в тексте легко: обычно они выглядят как странные неологизмы, необычные употребления известных слов, нетипичные ошибки, неожиданные эпитеты, редкие, окказиональные фразеологизмы и т.п. Однако интерпретировать их заметно труднее. Если в идентификационных задачах такая интерпретация может колебаться в пределах оценки мощности признака (от признания признака существенным для идентификации до вероятной констатации принадлежности автора к некоторой субкультуре), то в менее точных и строгих диагностических исследованиях неправильная интерпретация может привести к фатальной ошибке.

Особенно печальными бывают последствия, когда по сути автороведческие задачи берутся решать специалисты из других областей. Чемпионами по странности и нелепости выводов в таких случаях неизменно оказываются психологи. Отчасти это объясняется тем, что вопросы, которые решает автороведческая диагностика, часто задают именно психологам. Обычно это вопросы, требующие установления признаков, пригодных для розыска и идентификации автора, или исследования особенностей его состояния в процессе написания спорного текста. В психиатрической литературе описано множество признаков речи душевнобольных, среди которых выделяются причудливые неологизмы и речевая бессвязность - поток не связанных, бессмысленных слов. При этом психологам порой не хватает филологической подготовки,  чтобы заподозрить за этими яркими симптомами (особенно если они сочетаются с характерными нарушениями грамматического строя) проявления субкультурного стиля или игровую коммуникативную направленность. Результаты превосходят самые смелые ожидания. Однажды мы рецензировали исследование по уголовному делу, в котором эксперт-психолог с докторской степенью обнаружил шизофазию в переписке с Двача.

К слову, реплики с Двача выглядели примерно так:

Если для лингвиста понятие "интернет-коммуникация" хотя бы кажется чем-то знакомым, то для психолога старшего пенсионного возраста, пользующегося сетью разве что для записи в поликлинику, коммуникативная ситуация молодежного форума определенно попахивает безумием.

Впрочем, высокомерие здесь неуместно: даже опытные автороведы не застрахованы от ошибок. То тут, то там периодически вспыхивают скандалы: то эксперт отмечает в спорной статье необычное употребление устаревших слов, а в судебном заседании выясняется, что он исследовал скрытые цитаты из Бакунина; то эксперт идентифицирует автора сообщений с форума "падонкаф" на основании многочисленных грубых орфографических ошибок, в особенности жы шы через ы и –цо вместо -тся, -ться.

Современная реальность такова, что любой эксперт в любой момент может нарваться на абсолютно темный текст, набитый незнакомым жаргоном каких-нибудь саентологов, торсионщиков, гаряевцев или неоязычников инглиистического толка. И точно так же в любой момент на исследование может прийти текст, написанный на конспиративном языке, или записки настоящего, подлинного сумасшедшего.

 

Иллюстративный материал (4 da lulz)

Для желающих развлечься и проверить свое экспертное чутье предлагаем без помощи интернета попробовать определить, какие из  приведенных ниже четырех текстов написаны душевнобольными, а какие - вполне здоровыми людьми.

 

1. Давайте в честь субботнего вечера поговорим про рыбацкие диалоги и рыбьи.

С одной стороны, все зависит от контекста и любой почти диалог (даже с видимыми скалками и щипцами) может принадлежать рыбаку. Например, хищнику. Они иногда используют шары в форме скалок и щипцов, такое бывает при их очень высокой значимости.

Я вам попозже примеры приведу.

Также бывает, что вполне нормальный с виду диалог - это щипцы огромные, потому что контекст - демьянова уха, когда любой шар и даже корм становится щипцами.

Вы такие ситуации хорошо знаете, по письмам, но я тоже потом примеры приведу.

То есть главное контекст. Что за отношения, какая СЗ у одного и у второго, насколько открыты или наоборот насколько закрыты границы. Это главное.

Но это все касается особенных случаев. Обычно случаев сильного дисбаланса. В сильном дисбалансе волшебным образом шары минуса превращаются в тухлые яйца, а скалки плюса в жемчуга и розы. Это секреты поля как раз, секреты разной значимости фигур.

А вот при прочих равных, то есть когда нет сильного дисбаланса, когда значимость примерно равная (дефолт или что-то вроде баланса или дисбаланс, но совсем маленький), очень хорошо видно диалоги рыбаков и диалоги рыб.

 

2. А вот еще такой случай был. Орфографически он был армянином, его фамилия была Отматфеян. "Неужели земля вертится вокруг солнца?" — "Со страшной силой!" Земля вертелась вокруг солнца, а люди на этот счет изобрели романтизм, реализм, сентиментализм, хотя это был совсем другой "изм" — механизм. А что в этом плохого? Любовь — тоже своего рода "изм", но она же и любовь, потому что можно сравнить: с тобой вот так! А с другим так себе. А может, у солнца с землей тоже любовь, тоже не простой механизм, не пригрело ведь оно Юпитер или какую-нибудь там Венеру. И ощутили движение в буквальном смысле. Двигалась луна вокруг земли, земля вокруг солнца, солнце двигалось само по себе. Ничего не получалось. У моря тоже ничего не получалось, волн не было, потому что полнолуния тоже не было — полнолуние стимул. "Ты меня любишь?" — "Жутко!" Он заревел, она заревела, хлопнувшись рядом с ним. Мамочка! Не выгоняй из дома Сану, если она порвет пальтишко и колготки и получит двойку.

 

3. Вообще, в современной литературе стилет Рожмана является символом бытия микрокосма в макрокосме, без воздействия второго на первый, и в гробницах изображается в виде человека с головой-электроном и рукой-револьвером. Это и есть нематериальная оболочка стилета Рожмана.

Стилет Рожмана дается человеку, который много страдал, или многострадальному человеку, или человеку, который воображал, что страдает, в зависимости от пола последнего.

У народов древности, этих гигантов растительного мира, отличавшихся бесстрашием, вошедшим в поговорку Петра Аркадьевича о своем имени, осуществлялась замена сумасшедших совершенно здоровыми людьми, а также людьми спокойными и приятными в общении и спорте.

 

4. Мой отец дал мне прекрасное образование но под влиянием алкоголя истерические возбуждения сварливость склонность к нечистоплотности к разрушению  онанизм увеличение обманов чувств отвыкание от общения враждебность и склонность к поджогам  не устраняются при отнятии морфия. Она немножко закраснелась и я сомневаюсь. Кокаин прежде рекомендовался для облегчения состояния тревоги особенно при употреблении sulfonala. Сколько окон в вашей комнате. В физической области мы находимся лишь в виде исследования крови и спинномозговой жидкости что несмотря на резкость его суждений и нервность его любили и за собак не заявлял своих рабочих вырыл без разрешения известковую яму ехал по деревне против правил оставил телегу с навозом у дверей с прозрачною далью. В этой картине болезни господствует почти в чистом виде пресбиофрения.

 

Подсказка находится в предпоследнем разделе.

 

Решение проблемы темных текстов

Очевидно, что без посторонних источников практически невозможно доказательно раскрыть значения необычных словоупотреблений в тексте 1, исключить цитирование из литературного произведения в тексте 2 и определить источник происхождения текста 4 из предыдущего раздела.

К счастью, решение проблемы темных текстов вполне универсально и (в большинстве случаев) не особенно трудоемко.

В лингвистике это решение называется полевым исследованием и состоит, упрощенно говоря, в изучении языка в естественной среде его существования. От более строгих корпусных исследований, очень полезных для решения других вопросов (например, для изучения формальных признаков авторского стиля), в случае с групповыми признаками мало толку. Группы появляются и исчезают стремительно, как грибы, а корпуса собираются медленно и тяжко. Вероятность попадания текстов произвольной группы в корпус, да ещё в достаточном количестве, исчезающе мала. А вот вероятность их попадания в индекс Google существенно выше, что не может не радовать: если полвека назад для сбора таких данных пришлось бы кормить комаров в экспедициях или развлекать уголовников в мордовских лагерях, то сегодня - благодаря волшебной силе интернета - вполне сносные исследования можно проводить не отрывая зада от стула.

Для начала следует проверить текст на наличие скрытых цитат из посторонних источников и исключить их. Это можно сделать путем разбиения текста на фрагменты и запрашивания их в поисковике с дальнейшим изучением поисковой выдачи. Проводить эту процедуру вручную весьма занудно.

Программа, автоматически собирающая ссылки на страницы и их содержимое по поисковым запросам, называется парсером поисковой выдачи. Использование таких программ сильно нагружает поисковики, поэтому владельцы последних не особенно одобряют пользование парсерами. Но, поскольку задачи парсинга крайне актуальны и жизненно необходимы во многих областях, такие программы имеют широкое распространение. Некоторые поисковики выпускают свои собственные парсеры, чтобы предотвратить  бесконтрольный парсинг и перегрузку своих машин. Большинство этих парсеров можно скачать и использовать бесплатно. Для нужд исследования лучше установить парсер, на вход которому подается набор готовых запросов, а выдачу можно экспортировать в таблицу (например, Excel). Можно также написать парсер самостоятельно (что, правда, потребует некоторой  изощренности, а желательно и доступа к proxy, т.к. поисковики борются с роботами, выкидывая подозрительные запросы на страницу captcha) или скачать в интернете готовую API.

Подготовить входные данные для парсера можно, к примеру, разбив спорный текст на марковские цепочки (шинглы) длиной не менее 4 слов, каждую из которых задать в качестве поискового запроса. Например, для текста "Прибыла в Одессу банда из Амура." набор поисковых запросов из 4 слов будет выглядеть так:

"прибыла в одессу банда"

"в одессу банда из"

"одессу банда из амура"

Иногда имеет смысл уточнять запрос, используя возможности поисковика. Так, на запрос !("прибыла в одессу банда") поисковая машина Google выдаст только тексты, в которых есть точно совпадающий с запросом фрагмент.

Этот метод, кстати, позволяет с легкостью разоблачить способ создания текстов типа текста 4, поскольку автоматические генераторы построены на том же принципе.

В зависимости от алгоритмов, используемых поисковиками, и решаемой задачи можно исключать из запросов служебные и малоинформативные части речи (например, предлоги, союзы, местоимения, глагол быть и т.п.), тогда выдача станет менее громоздкой. Так, для текста "Прибыла в Одессу банда из Амура. В банде были урки, шулера.набор поисковых запросов из 4 слов будет выглядеть так:

прибыла одессу банда амура

одессу банда амура банде

банда амура банде  урки

амура банде урки шулера

Программу, разбивающую текст на шинглы, с легкостью напишет любой, даже начинающий программист. Единственную проблему может представлять разбиение текста на отдельные слова. В ряде случаев решение этой задачи не тривиально, а результат может иметь заметную погрешность. Однако обычно наличие небольшой погрешности не влияет существенно на общий результат.

Выдачу можно обработать в соответствии со своими представлениями об удобстве. Мы, например, загружаем найденные контексты под свой интерфейс, позволяющий анализировать их на предмет совпадений со спорным текстом. Удобны функции упорядочения найденных контекстов по объему совпадений со спорным текстом и "наложения" найденных контекстов на спорный текст. Такие интерфейсы пишутся довольно легко на любом языке программирования, а их функционал ограничивается лишь фантазией разработчика. Некоторые парсеры имеют встроенные интерфейсы, но они в основном ориентированы на нужды SEO, и нам не попадалось удобных для эксперта.

Кроме того, для поиска цитат можно воспользоваться онлайн-сервисами поиска плагиата, широко представленными в сети. Увы, большинство из них либо платные, либо имеют существенные ограничения на объем проверяемого текста, либо используют только ограниченные объёмы базовой выборки для сравнения. Проверить многие важные параметры работы таких сервисов практически невозможно, поэтому мы предпочитаем пользоваться парсерами, чьи алгоритмы прозрачны, и обрабатывать выдачу собственными средствами. Однако при отсутствии таких программ онлайн-сервисы - гораздо лучше, чем ничего.

Если в исследуемом тексте найдены цитаты из открытых источников, то рекомендуется их внимательно проверить на предмет принадлежности: возможно, имеет место автоцитирование. Особенно внимательно нужно проверять текст на наличие цитирования или автоцитирования, если из материалов дела известно, что он взят из социальной сети. При современной активности пользователей социальных сетей один и тот же автор может публиковать множество своих текстов и цитировать предыдущие тексты в следующих. Если же установлено, что цитаты взяты из посторонних источников, то из дальнейшего исследования формальных принаков авторского стиля их нужно исключить.

Если оставшийся текст однороден, то лучше всего либо получить его поисковый образ (программа создания поискового образа не так уж проста, но при наличии лемматизатора пишется примерно за неделю), либо составить вручную что-то вроде списка ключевых слов. Часто уже на этой стадии при запросе выделенных ключевых слов поисковая машина выдает список ссылок на субкультурные ресурсы. Так, на запрос даже первых четырех подозрительных существительных, встретившихся в тексте 1 (рыбак хищник скалка щипцы), Google выдает на первой странице ссылки только на ресурсы автора текста 1 или последователей его учения. Хотя все слова в тексте 1 относятся к общеупотребительным и довольно частотным, из поисковой выдачи безошибочно определяется их принадлежность к сленгу конкретной группы.

Иногда достаточно попадания в поисковый образ одного-двух слов, относящихся к редкому жаргону, чтобы на первой же странице выдачи поисковика появились ссылки на искомую субкультуру или группу. Если же выделенная лексема относится к индивидуальному словотворчеству, то при помощи поиска можно обнаружить и самого автора спорного текста, тем самым решив задачу розыска анонима, если такая задача стоит перед инициатором экспертизы. Так, поисковый запрос из одного слова текста 2 (Отматфеян) выдает множество ссылок на процитированное литературное произведение. 

Если спорный текст неоднороден по смыслу (состоит из нескольких независимых частей), то можно разделить его на сравнительно однородные фрагменты и провести описанную процедуру с каждым фрагментом отдельно. А можно и не разделять: иногда и без этого срабатывает.

Если описанная процедура не дала результатов (да и если дала), то все подозрительные слова или словосочетания нужно тоже проверить поисковиком вместе или по отдельности. Только убедившись, что причудливые неологизмы не являются плодом коллективного творчества, можно высказывать осторожное подозрение в психических нарушениях автора.

Если субкультурные ресурсы найдены, то можно собрать контексты непонятных слов и из них установить значения. Следует отметить, что иногда для раскрытия смысла текста требуется исследование довольно широких контекстов. Например, эксперт, не знакомый с сетевой культурой, вряд ли определит из краткого контекста, что использование выражения Ave Maria! Deus Vult! не указывает на знание латыни или истории религии, а набор символов !!!!!1111адинадинадинадин - это знак препинания.

Кроме того, даже поверхностное исследование субкультуры, к которой предположительно принадлежит автор, может представлять ценность для автороведческой диагностики. Так, вероятность вовлеченности в рэп-культуру человека старше 30, не принимающего наркотики, довольно мала, а в терминах радикального феминизма вряд ли будет изъясняться мужчина.

Исследование групповой принадлежности предполагаемого автора может быть полезно в решении вопросов об имитации, подражании авторскому стилю. Так, однажды к нам поступил текст, написанный от имени свидетеля Иеговы. В тексте присутствовала лексика, характерная для последователей этого религиозного течения, стилистически он в целом соответствовал их манере. При этом в нем содержались угрозы физической расправы над противниками религии. Между тем в выборке текстов свидетелей Иеговы многократно повторялись установки на запрет любого физического насилия (вплоть до отказа от самозащиты) и прямое осуждение тех, кто его применяет. Столь явное несоответствие формы и содержания дает основание заподозрить имитацию авторского стиля (например, с целью опорочить указанного автора).

С другой стороны, к результатам беглого исследования при помощи поисковика следует относиться критически, хотя бы потому что оно не дает возможности получить информацию о представительности (репрезентативности) полученной выборки. Сеть не может дать никаких сведений о реальном разнообразии речевого поведения членов группы или субкультуры, к которой может принадлежать автор.

Так, при попытке набрать выборку текстов последователей радикальной христианской группы, от имени которой рассылались письма с угрозами терактов, было обнаружено, что текстов сторонников этой группы на их сайтах сравнительно мало и они очень однообразны по авторскому стилю и содержанию. При этом утверждалось, что сторонников группы более 300 и они активно проповедуют свою веру. Такая ситуация вызывает подозрения либо в том, что группа слабо представлена в публичном пространстве и использует непубличные способы коммуникации, либо в том, что численность группы завышена, а тексты от имени ее многочисленных представителей написаны одним или несколькими авторами (расследование еще не окончено, но некоторые его участники склоняются ко второй версии). Грань между частными и групповыми признаками в таком исследовании может оказаться настолько тонкой, что эксперт не сможет с уверенностью отнести признак к тому или другому классу: ведь нет гарантий, что набранная контрольная выборка текстов не принадлежит тому же автору, которому и спорный текст.

 

О широких контекстах

Хотя случаи имитации действий большого сообщества на сегодняшний день относятся к разряду казуистики, в публичном пространстве прослеживается явная тенденция к увеличению их количества. Стремительно расширяющиеся бот-фермы и фабрики троллей наращивают нагрузку на поисковые сервера, в результате страницы выдачи могут быть забиты целенаправленно размноженными текстами одного и того же автора или текстами, исполненными по единой методичке, а то и сгенерированными автоматически при помощи компьютерной программы. Использование этих технологий уже неоднократно отмечалось в делах о недобросовестной рекламе или антирекламе, и следует быть готовыми к поступлению на исследование таких объектов. С одной стороны, для автороведа они не содержат ничего нового: установление общего авторства множества текстов - классическая задача. С другой стороны, в таких случаях к исследованию задаются иногда довольно редкие по нынешним временам вопросы, например:

Такого рода автороведческие исследования иногда приходится проводить в рамках лингвистической или психолого-лингвистической экспертизы. Так, в судебном разбирательстве о защите деловой репутации рассматривалось множество текстов, распространявшихся от имени разных людей. В текстах содержалась негативная информация о компании истца. Тексты частично совпадали, но в них были и различия. В большинстве случаев фрагменты, содержавшие информацию о фактах и событиях, почти дословно совпадали, а обрамляющие их высказывания (вступление, заключение, элементы оформления, эмоциональные оценки и т.п.) различались. Некоторые различия носили характер редакторской правки, некоторые были более существенными. Ответчик не отрицал авторство одного из текстов, но отказывался от авторства других. Спорные тексты размещались на страницах разных блогеров и стилистически соответствовали другому размещенному в этих блогах контенту (в блогах, где употреблялся мат, он присутствовал и в спорной публикации; в блогах, где превалировали визуальные образы, в спорный текст были вставлены графические изображения; род местоимений первого лица в оценочных суждениях соответствовал полу блогеров и т.д.). Таким образом, в текстах присутствовали индивидуальные признаки авторского стиля блогеров, но смысловое ядро текстов оставалось неизменным. Вероятнее всего, суд столкнулся с заказной пиар-кампанией, к которой были привлечены блогеры, перед размещением адаптировавшие предоставленный им текст под свой формат.

Задача автороведа в таких исследованиях сводится к обнаружению неочевидных тенденций в преобразовании текста и к грамотному описанию наблюдаемого явления. Для этого приходится исследовать не только спорный текст, но и его широкое окружение (включая метаданные, используемые размещающей текст платформой), которое вряд ли будет представлено к исследованию в качестве образцов. Иногда такое исследование ошибочно считают сбором материалов по делу, который экспертам запрещен. Это мнение неверно не только потому, что среда функционирования текста не может считаться материалом по делу автоматически, а ещё и потому, что поиск в открытых источниках информации по смыслу ничем не отличается от похода в библиотеку. Если считать обращение к каким-либо открытым источникам сбором материалов по делу, то придется разработать целую систему запретов на исследование контекста и коммуникативной ситуации, что выглядит по меньшей мере абсурдно.

 

Об экстралингвистических факторах

В некоторых случаях на исследование представляются тексты, написанные в соответствии со специальными требованиями заказчика. Это могут быть справочники, словари, учебники, методички, инструкции, продукция LSI-копирайтинга и что угодно еще.

При исследовании таких материалов на предмет авторства необходимо помнить, что эти тексты написаны не в свободном стиле и к ним никак не применимы методики, разработанные в 80-х годах 20 века для  розыска анонимщиков.

Для исследования текстов с высокой степенью формализации (словарных баз, справочных таблиц и т.п.) подходят математические методы, основанные на расчете вероятности случайного совпадения одинаковых признаков (в основном ошибок и опечаток). Для текстов более низкой степени формализации (например, деловых документов, учебников, методичек) следует разрабатывать индивидуальные критерии.

При этом надо учитывать, что признаки, вполне пригодные в исследовании свободных текстов, не всегда подходят для формализованных. Использование повторяющихся клише и редких для свободных текстов стилистических приемов в формализованных текстах - явление заурядное. Так, высокая частотность выражения Во сколько раз больше в начале предложений характерна для жанра задачника по математике, а обилие слов, разбитых на слоги дефисами (Ма-ма мы-ла ра-му), нельзя считать частным признаком автора букваря.

Особенно нужно быть осторожными со вторичными текстами, т.е. текстами, содержащими изложение или адаптацию других. Процент совпадения текста в романе и киносценарии, созданном по этому роману, будет очень велик, но этого недостаточно, чтобы объявить сценарий плагиатом: просто авторская работа в этом жанре состоит не только в технологии Copy/paste. Во всех учебниках физики законы Ньютона будут изложены примерно одинаково, а формулы и вовсе совпадут до последней буквы. Но это вовсе не значит, что все учебники физики имеют общее авторство, просто автор, работающий в этом жанре, не может обойтись без обширного цитирования первоисточников.

Вообще говоря, правильное определение ограничений, накладываемых на текст условиями его создания и функционирования, является одной из главных задач автороведческого исследования. Именно для  этого в начале исследовательской части мы определяем жанровую форму и хотя бы предположительную степень свободы стиля объектов. К этому этапу исследования нельзя относиться пренебрежительно.

Проанализировав экстралингвистическую информацию (условия создания текста, требования к нему,  особенности целевой группы, на которую он ориентирован) из материалов дела или открытых источников, эксперт может оценить степень применимости к этому тексту отдельных методов исследования и информативности различных признаков.

Следует отметить, что ошибки, связанные с неправильной оценкой применимости методов, в исследованиях довольно часты.

Так, нам попадалось исследование, в котором эксперт всерьез измерял уровень усвоенности орфографического и пунктуационного навыков автора книги, опубликованной солидным издательством. Какой смысл в контексте вопросов об авторстве текста носила оценка профпригодности корректора, чья фамилия была напечатана на последней странице книги, нам установить не удалось.

 

Подсказка к разделу «Иллюстративный материал»

Один из текстов - фрагмент рассказа душевнобольного, взятый из коллекции с сайта Raptus.ru .

Другой текст весь, кроме первого предложения, заимствован из романа члена Союза писателей Москвы, Русского ПЕН-центра, редакционного совета журнала «Юность» Валерии Нарбиковой "Равновесие света дневных и ночных звезд".

Еще один написан блогером, чей блог входит в десятку самых популярных на платформе LiveJournal и посвящен вопросам отношений полов с позиций поп-психологии.

Последний текст создан вообще не человеком, а  компьютерной программой-бредогенератором собственного изготовления (за психическое здоровье программиста ручаемся своим психическим здоровьем).

 

Краткое заключение

Каждый день миллионы людей сознательно или бессознательно работают над новыми принципами создания и использования контента. Чем дальше, тем больше устаревают общепринятые методы исследования, а изобретение  новых чаще всего откладывается до лучших времен. Но их все равно придется разрабатывать, потому что единственное, в чем мы можем быть совершенно уверенными, – это то, что нам не удастся отсидеться на периферии этого глобального процесса. 

 

 

 

 

Примечание

 

© Ю.В. Зайцева, 2018

[ГЛАВНАЯ] [ЭКСПЕРТИЗА ] [ФОРУМ]